В Северном Крыму истощены запасы подземных вод, заявляют власти полуострова. Работа агропромышленных предприятий и обеспечение водой местных жителей оказались под угрозой.
Что будет с населением Северного Крыма? Насколько вероятно расселение людей из засушливых районов? Об этом в эфире Радио Крым.Реалии говорим со старшим преподавателем кафедры географии ТНУ им. Вернадского Сергеем Гапоном, бывшим вице-премьером правительства АР Крым, председателем общественной организации «Сила права» Андреем Сенченко.
– Сергей, что можно сделать в этой ситуации?
Гапон: В такой ситуации Северный Крым оказался не впервые – это уже было примерно 50-60 лет назад. Как раз до постройки Северо-Крымского канала были страшные проблемы с пресной водой, именно для этого он был и построен. Сейчас эту проблему можно решить, но очень экстремальными и очень затратными средствами.
– Какие самые вероятные проекты вы видите?
Гапон: Я думаю, что вероятных проектов практически не существует. Если будет огромное финансирование – это просто десятки миллиардов рублей, или миллиарды долларов – то можно построить опреснительную станцию.
– Предварительно называют финансирование строительства опреснительной станции – 50 миллиардов рублей. Это примерно в четыре раза дешевле, чем строительство Керченского моста. Российские СМИ также озвучивали цифру в 100 миллиардов рублей – реализация проекта по переброске воды из Кубани в Крым.
Единственный путь – это возобновление воды по Северо-Крымскому каналу, если Крым вернется под юрисдикцию Украины
Гапон: Я думаю, что эти цены будут еще увеличиваться. Когда дело дойдет до реализации, переброска воды из Кубани будет стоить в десятки раз больше. Вода для людей будет золотая, не говоря уже о промышленности и сельском хозяйстве. Система орошения здесь устаревшая, и поля нужно просто заливать. А заливать их золотой водой никто не будет. Поэтому можно говорить о том, что население будет получать воду по очень высоким ценам, рентабельность промышленности в таких условиях будет подходить к убыткам, а о сельском хозяйстве мы вообще забываем. Единственный нормальный путь – это возобновление воды по Северо-Крымскому каналу, но это уже при условиях, что Крым вернется под юрисдикцию Украины.
– Крым живет без днепровской воды уже три года. Насколько исчерпались ресурсы поземных вод на полуострове?
Гапон: Нужно понимать, что Крым – практически остров, он со всех сторон окружен морем. И подкачка соленой воды в эти пресные горизонты происходит постоянно. Мы ничего другого не получим, кроме постоянного засоления. Это уже чувствуют жители Северного Крыма, и процесс будет только усиливаться.
– Одним из наиболее вероятных вариантов решения проблемы называют бурение артезианских скважин. Есть ли в этом смысл?
Жители могут оказаться один на один с проблемой
Гапон: Смысл есть, но это решение проблемы на очень короткий период. Эти горизонты можно пробурить глубже, но через год-два они опять засолятся. Более того, люди, которые имеют неглубокие скважины, скорее всего, потеряют воду.
– Чем может обернуться для полуострова показательное игнорирование проблемы крымской властью?
Гапон: Жители могут оказаться один на один с проблемой – они будут вынуждены решать ее самостоятельными ресурсами. Но таких ресурсов у жителей нет, поэтому они будут пить соленую воду. В Северном Крыму качество воды уже не соответствует нормам. Это повлияет на их здоровье, но будет ли влиять на их сознательность и выбор – это уже риторический вопрос.
– Андрей, вы поддержали решение о том, чтобы перекрыть поставки воды по Северо-Крымскому каналу.
Сложности с водой – это пассивный вклад крымчан в защиту нашей страны
Сенченко: У нас не стоит задача создавать сложности крымчанам. Решение о перекрытии воды в Крым было направлено на то, чтобы увеличить цену за оккупацию для государства-агрессора – точно так же, как ограничение поставок электроэнергии и товарная блокада. Часть наших граждан защищает страну в окопах, рискуя жизнью и здоровьем. Поэтому сложности с водой – это пассивный вклад в защиту и восстановление территориальной целостности нашей страны.
Андрей Сенченко
Я думаю, что проблему с водой мы сможем решить, восстановив водоснабжение. Очевидно, что при деоккупации придется реализовывать серьезные инвестпроекты, чтобы это не осуществлялось по технологии 60-летней давности.
– Насколько вероятно, что население Северного Крыма придется расселять?
Сенченко: Это проблема оккупационной власти. Существует Женевская конвенция 1949 года, которая регулирует статус оккупационных властей. Она четко определяет, что все вопросы обеспечения жизнедеятельности на оккупируемой территории возлагаются на оккупирующую страну. Поэтому это проблема для России, и угроза расселения – это аргумент в пользу скорейшего возврата Крыма в состав Украины.
